«Совершенно секретно. Оглашению не подлежит».

Лидия Михайловна Завьялова
«Наш район» от 18.10.2012

Каждый населенный пункт, рождаясь, переживает различные периоды истории. И порой уходят в небытие… Причин этому много: демографический кризис, стихийные бедствия, переезды людей в города... Так случилось и со многими населенными пунктами Ханты-Мансийского района. Если в 1936 году количество сел и деревень Самаровского района составляло цифру 72, а в 1969-м – 52, то к настоящему времени снизилось до 34.

Базьяны – одно из сел района, которое постигла та же участь, что и многие населенные пункты России. Закрыта книга жизни исчезнувшего села, но история остается в нашей памяти и одна из ее драматических страниц – появление спецпереселенцев (трудпоселенцев) на базьяновской земле.

С началом проведения партией большевиков курса на коллективизацию сельского хозяйства в Базьянах в 1929 году была организована северо-смешанная промысловая артель (ССПА) «Искра». На 1 сентября 1930 года членами артели стали 43 человека (22 мужчины и 21 женщина) Среди них 6 средняков, 4 батрака и 24 бедняка. Было обобществлено 180 голов скота. Председателем артели (в некоторых архивных документах – коммуна) был 28-летний Башмаков Михаил Георгиевич. Члены артели занимались заготовкой пушнины, огородничеством, сенозаготовками. Артель также поставляла государству свежую, парную, мороженую, вяленую рыбу. Сеяли пшеницу, овес, озимую рожь.

30 января 1930 года Политбюро Центрального комитета Всесоюзной Коммунистической партии большевиков приняло постановление «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации». Районами высылки кулаков и их семей должны были быть «необжитые и мало обжитые местности с использованием высылаемых на сельскохозяйственных работах или промыслах (лес, рыба и пр.)». Согласно документам, находящимся в Государственном архиве Югры, сразу же после ледохода в мае того же года в Базьяны прибыло 54 семьи спецпоселенцев, всего 310 человек. Это были в основном семьи численностью 5-8 человек из Шадринского, Троицкого, Челябинского, Свердловского, Ишимского округов. Самому старшему по возрасту спецпоселенцу – матери кузнеца Турковского Петра Исаевича Христине Степановне было 77, самому маленькому, родившемуся в дороге сыну Балдина Моисея Петровича – Николаю – 1 неделя. Местным властям необходимо было срочно решить вопрос о расселении спецпоселенцев.… Еще в феврале 1930 года в адрес председателей сельских советов Самаровского района полетели циркуляры с грифом «Совершенно секретно. Оглашению не подлежит» за подписью членов Особой комиссии. Особая комиссия предлагала «объявить домохозяевам квартир, сколько семей к ним будет вселяться. Сделать предварительно отметки (снаружи отмеченных квартир) на воротах, углах домов, строений, сколько семейств предположено в них разместить. Никаких сопротивлений со стороны домохозяев быть не может, вселение производить принудительным путем, причем в каждое хозяйство должно быть помещено, во всяком случае, не менее 1 семьи, а в квартиры с большой площадью и малосемейные до 4-х и более семей». Таким образом, ссыльные были расселены в 56 домах коренных жителей Базьян. Кашигина Мария Ивановна, 1926 г.р., уроженка Челябинской области, в своих воспоминаниях пишет: «В Базьянах нашу семью разместили жить у Холодиловых. Позднее их тоже раскулачили и отправили в Березовский район. Они вначале нас боялись, так как им говорили, что везут кулаков, бандитов и вельмож. Наши хозяева удивлялись и восхищались работоспособностью моих родителей и с уважением относились к ним».

Но вопрос расселения решался и по-иному – путем выселения коренных жителей в другие населенные пункты округа. 26 февраля 1930 года общее собрание жителей с. Базьяны, одобряя политику партии и Советской власти по ликвидации кулачества, как класса, вышло в РИК с ходатайством о выселении за пределы Базьяновского сельского Совета 9 кулаков и их семей. Среди них был 50-летний Башмаков Егор Прокопьевич, середняк, бывший председатель общества верующих и церковный староста. Высланный 28 мая того же года вместе с 36-летней женой и 7-летней дочкой с конфискацией всего имущества в «Кевишинский» сельский Совет (по-видимому, Кеушинский, который до 1937 года входил в состав Самаровского района. – Л.З.), и оторванный от любимого занятия – рыбного промысла – он пишет письмо в Самаровский районный рыбтрест с просьбой «войти с ходатайством перевести для обслуживания на рыбоугодия в Березовский или Обдорский район для обслуживания промыслов, т.е. рыбзаготовок» береговым или башлыком. По всей видимости, резолюцией, начертанной на заявлении начальником стройучастка Поповым С.П. – «Районному коменданту. Считаю возможным просьбу удовлетворить, направив его в Обдорские промысла. 19/VI-31 г.», и была определена его дальнейшая судьба. 

В результате второй волны колонистов уже в военное время в Самаровском районе появились люди разных национальностей. По «Сведениям расселения спецпереселенцев и их использования на работах по колхозам и промышленным производственным пунктам» от 24 августа 1942 года из 1603 человек, завезенных в Самаровский район, 50 человек, в т.ч. и 22 человек трудоспособных, поселили в Базьяновском колхозе.

Среди сосланных в Базьяновский сельский Совет на 01.01.1945 г. проживали калмыки – 26 чел., финны – 6, немцы – 71. Были здесь и «рязанцы», сосланные по религиозным убеждениям. Так, на территории сельсовета среди носителей коренных фамилий появились семьи Эберт, Бадер, Вагнер, Миллер, Шнайдер, Гаврилюк, Бондарук, внесшие в результате принудительного расселения и свой вклад в развитие Самаровского района.

 


«Вернуться назад