Григорий Григорьевич Репешко

Фонд 410. Оп.11. Д. 80. Л.34

Годы военные.

Проводы на Великую Отечественную были короткими. Григорий Григорьевич Репешко получил повестку и пришел в сельский Совет. Там уже были люди. Кто-то наставлял крепко бить врага, хранить себя от немецкой пули, кто-то плакал втихомолку.

Репешко сообщил о своем прибытии на сборный пункт. А вскоре пароход отчалил от березовской пристани и взял курс на Омск.

… Укрепрайон располагался на берегу Дона, недалеко от города Калач. Здесь и развернулись тяжелые кровопролитные бои.

Враг рвался к Волге. В составе 246 отдельного пулеметного артиллерийского батальона сибиряк сражается на Донской излучине: по приказу командования держали оборону между деревнями Карповская и Ново-Александровская. Позади-Сталинград! Командир батальона пригласил нас к себе, - говорит Григорий Репешко, - поставил перед нами задачу: главное – пробиться к Сталинграду, сохранить живую силу. Жирной чертой провел на карте линию отхода к Сталинградскому рубежу обороны. К тому времени, когда родной 246 батальон отступал к огневому рубежу в Сталинграде, за плечами воина-хантымансийца остались тысячи километров трудных фронтовых дорог, сотни тяжелейших испытаний на стойкость. Он знал, что такое «отходить».

В суровой фронтовой обстановке сибиряк мужал, набирал опыт. Запомнился Григорию Григорьевичу  сталинградский переход, первая боевая награда – Орден Отечественной войны 2 степени. Фронтовик вспоминает:

- Более месяца сдерживали мы яростные атаки врага. Множество схваток немцам обходилось дорого, только в нескольких боях было уничтожено до 1000 солдат и офицеров  врага, десятки танков и орудий. Но и нам нелегко было, пришлось испытать тяжесть утрат и горечь отступлений

Не раз оказывались в окружении врага. В одном из боев убит был командир роты, и я принял командование на себя.

В Сталинграде заняли оборону на Садовой улице, - продолжает рассказ ветеран, - справа-тракторный завод, слева - знаменитый дом Якова Павлова. С вражеской стороны не прекращался яростный огонь.

Наше подразделение было прижато к Волге. Казалось, нет выхода из создавшегося положения, но мы не дрогнули. Тогда немцы устроили «психическую атаку». Шли они в полный рост, пели какую-то песню.

- Товарищ командир, разрешите начинать? - спросил кто-то.

- Не стрелять! – предупредил я. И только когда до них оставалось метров 100-150, я приказал открыть огонь. Повалились на землю первые ряды. Мы стреляем, а они, переступая убитых и раненых, продолжают идти. Страшная картина была!

После Сталинградской битвы отважный воин продолжал свой боевой путь. После войны вернулся Репешко в родные края, работал в Березово…


«Вернуться назад